Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

взгляд

Видишь, луна красная?..

Когда на вечерней прогулке темнеет,
можно по-тихому смыться с участка
и залезть на такую большущую лестницу –
[Spoiler (click to open)]по утрам с неё грузят в машину бачки с отходами.
Наверху площадка – как раз на двоих.
Сидим, оба в круглых мутоновых шапках,
свесив ноги в заснеженных валенках.
«Видишь, луна красная?
Кто-то умер сегодня…»
Знаю, Антон, это сказка,
иначе луна всегда была бы такой.
Это странная, грустная сказка.
Смерти нет, есть живая вода –
талый снег на губах,
мягкий свет из лимонных окошек,
растворяющий сумерки.
Тихо и хорошо
вдалеке от всего и от всех,
где-то между землёй и луной.

22 марта 2021
взгляд

25 июля

Спасибо за всё, Владимир Семёнович!
Пожалуй, лучшее, что можно сделать сегодня, - напомнить это стихотворение.

Владимир Высоцкий
Памятник

Я при жизни был рослым и стройным,
Не боялся ни слова, ни пули
И в обычные рамки не лез.
Но с тех пор как считаюсь покойным,
Охромили меня и согнули,
К пьедесталу прибив «Ахиллес».
[Spoiler (click to open)]

Не стряхнуть мне гранитного мяса
И не вытащить из постамента
Ахиллесову эту пяту,
И железные рёбра каркаса
Мёртво схвачены слоем цемента,
Только судороги по хребту.

Я хвалился косою саженью —
Нате смерьте!
Я не знал, что подвергнусь суженью
После смерти.
Но в привычные рамки я всажен —
На спор вбили,
А косую неровную сажень
Распрямили.

И с меня, когда взял я да умер,
Живо маску посмертную сняли
Расторопные члены семьи,
И не знаю, кто их надоумил,
Только — с гипса вчистую стесали
Азиатские скулы мои.

Мне такое не мнилось, не снилось,
И считал я, что мне не грозило
Оказаться всех мёртвых мертвей.
Но поверхность на слепке лоснилась,
И могильною скукой сквозило
Из беззубой улыбки моей.

Я при жизни не клал тем, кто хищный,
В пасти палец,
Подойти ко мне с меркой обычной
Опасались,
Но по снятии маски посмертной —
Тут же, в ванной, —
Гробовщик подошёл ко мне с меркой
Деревянной…

А потом, по прошествии года, —
Как венец моего исправленья —
Крепко сбитый литой монумент
При огромном скопленье народа
Открывали под бодрое пенье,
Под моё — с намагниченных лент.
Тишина надо мной раскололась —
Из динамиков хлынули звуки,
С крыш ударил направленный свет.
Мой отчаяньем сорванный голос
Современные средства науки
Превратили в приятный фальцет.
Я немел, в покрывало упрятан —
Все там будем!
Я орал в то же время кастратом
В уши людям.
Саван сдёрнули! Как я обужен —
Нате смерьте!
Неужели такой я вам нужен
После смерти?!
Командора шаги злы и гулки.
Я решил: как во времени оном,
Не пройтись ли, по плитам звеня?
И шарахнулись толпы в проулки,
Когда вырвал я ногу со стоном
И осыпались камни с меня.
Накренился я, гол, безобразен,
Но и падая — вылез из кожи,
Дотянулся железной клюкой,
И, когда уже грохнулся наземь,
Из разодранных рупоров всё же
Прохрипел я: «Похоже, живой!»
И паденье меня не согнуло,
Не сломало,
И торчат мои острые скулы
Из металла!
Не сумел я, как было угодно —
Шито-крыто.
Я, напротив, ушёл всенародно
Из гранита.
1973 г.
взгляд

БГлюки под "Пир стервятников"

Винтерфелл мёртв,
А Дорн - ещё нет.
Винтерфелл мёртв, а До-о-орн...

Гуляют там животные
невиданной красы.
Одно как жёлтый огнегривый лев,
другое волк, точнее, лютоволк.
С ними три дракона Дейенерис,
чей так светел взор незабываемый...
взгляд

Бездарная попса

Эк же меня попёрло... Написала перевёртыш на свой собственный вчерашний перевёртыш:
https://estel-74.livejournal.com/525278.html
Труднее всего было абстрагироваться от олегова  "Идиотского марша" и "переводить" свой собственный текст.

БЕЗДАРНАЯ ПОПСА

К нам приближается зима, листва привычно черна,
Она весьма успешно тает во мрак.
А в мегаполисе у нас исчезла вся наркота.
От здравомыслия всплывает крышняк.
Все горожане любят Брамса, Окуджаве – виват,
Тут правда ценится всем мозгом спинным.
К буям рояль и тёлок прочь – бери супругу в захват.
Твой вальтер холоден? Подумай, что с ним.

В подвале вечно тишина, отвоевался сельджук.
Печально, сдайте ассегаи в музей.
Вопит дудук, присох к рукам его горячий бамбук,
Он призывает твоих сонных друзей.
А ты бездарен был и слаб, ты вечно пёрся в обход.
Пошли всех вон и отвернись в пустоте.
Ты выползаешь и, ладони обратив на восход,
Хватаешь пояс сётокан-карате.

Пахан – мужик! Как заорёт: «Энтузиазм мне смешон!
Твой взвод ментов пора порезать в лапшу.
Сосредоточься, нынче время – грозно лезть на рожон,
Поодиночке отряхнуть всех спешу!»
Ты пламя с пузика собьёшь, тебе легко хохотать.
Задашь вопрос: «Чо, правда? Ну нифига!
Где подневольный камикадзе будет в ступор впадать,
Мои ментяры изничтожат врага!»

Прогрохотав конкистадором да по мокрой воде –
Нас заставляли ржать, как лошадь, во сне –
Бегу, как будто новобранец из спецвойск МВД,
Что в телогрейке с номерком на спине.
А мёртвый дуб подался прочь, скрежещет, словно гранит,
На кроне ветки так плавны-зелены,
Они молчат и понимают: этот – мощно бежит!
Ментовский взвод идёт-бредёт вглубь страны.

На счастье, что ли? И водица, как в подвале вино.
Марш патриотов, тихо всё на фронтах.
Мой глупый взвод совсем разбрёлся и послал меня, но
Не загорать им в заполярье впотьмах.
Но отвращенье к популизму – это, сёстры, отстой!
И повезло тому, кто понял и сам,
Что отступает от того весенний бурный запой,
Кто бросил тапочки свои к небесам.

7.09.2017

взгляд

Олег Игоревич жжОт. И правильно делает

Оригинал взят у divov в Этот пост оскорбляет чувства! :)))
(Текст "оскорбляющего чувства" поста, кому надо, смотрите по ссылке, там о неведомых мне делах, за ходом которых я как-то не слежу, ибо не в теме, но вот само дивное дивовское художественное произведение тащу сюда. Оно сделало мое утро прекрасным. Еще более прекрасным, чем недавний ночер после дивовского же "Толкования сновидений".)

Komissaren, Kommunisten…
Роман-эпопея в 5 книгах
Collapse )

взгляд

Ты не один

Спасибо Але Кудряшевой за это стихотворение.
http://izubr.livejournal.com/256629.html

А еще тебе говорят, что ты не один
И таких, как ты, говорят, еще тьма и тьма,
И киваешь им, окей, мол, ты убедил,
Но один, один, пока не сойдешь с ума,
А когда сойдешь, на запасном его пути,
Где по пояс ромашка, хмель, резеда, чабрец,
Не встречают те, с кем можешь себя сплести,
Не встречают те, с кем мог бы себя обресть,
Ты не скажешь им, что пока не идет почтарь,
Ты еще не надписан, еще не прошел в печать,
Ты еще умеешь жить говорить мечтать,
Но уже не можешь петь обнимать молчать.
И пока еще тлеет зарево в синеве
То есть солнце садится в девять без десяти
Ты успеешь надписать голубой конверт
И лизнуть вишневую марку, прочти, прости,
Извини, что я так и остался, не вовлечен,
Не влетел в трубу, не вошел в перебор ладов,
Золотая пчела, присевшая на плечо
Серебристый пепел, ссыпавшийся в ладонь.

И таких, как ты, говорят, еще тьма и тьма,
Тьма накрыла город, обшарпанные дома,
Говорят, что вроде мимо прошла зима,
Ты глядишь на них со страхом: была зима?
Но блестят проливные рельсы в сухой пыли,
Подожди не бойся выпей на посошок
Если скажут слейся, то ты уже все пролил,
Если скажут сойди с пути, ты уже сошел.
Лишь постольку ты можешь в девять без двух секунд
Погибая от солнца, вплавленного в груди,
Говорить, что уже повинного – не секут,
Говорить, что уже погибшего – не судить.
Говорить, что ни с кем из нынешних не в родстве,
Если кто и случился рядом – его вина
Ровно в девять на эту землю придет рассвет
То есть прямо на станцию в девять придет весна.
Лебеда, чабрец цветут у тебя в груди,
Потому что ты письмо, чернильная вязь,

А еще тебе говорят, что ты не один,
Не один, динь-динь, не один, не один из вас.

Ты не вышел станом, словом, собой, лицом,
Красной ручкой надписан адрес и голубой
Ветер пахнет сухим и радостным чабрецом
Позволяет не быть, забыть, да, не быть собой.

Не один, зерно, сбереженное воробьем,
Не один, и рельсы, и улей, и почтальон,

Открываешь письмо, в котором подряд, подряд:
Не один, говорят. Не один, тебе говорят.
взгляд

(no subject)

Рисунки мелом. Цветные пятна на серых плитах.
Наивность формы, смешенье красок, неровность линий.
Глаза поднимешь к сырому небу: «Теперь мы квиты»…
До первых ливней, мой брат художник, до первых ливней. 

Едва просохнет — на ту же площадь, опять за дело.
Толпы безликой слепая злоба тебе не внове.
Ты безупречен, ты совершенство, ты будешь в белом…
До первой крови, мой брат повстанец, до первой крови.

Переоденься в наряды цвета эритроцитов.
Пропьет приятель тридцатый проклятый свой сестерций.
Глаза поднимешь к сырому небу: «Теперь мы квиты»…
До первой смерти, мой брат мессия, до первой смерти.

8/9 23/24 октября 2010 г.

UPD. Исправленный вариант от 25/26 октября:

Рисунки мелом. Цветные пятна на серых плитах.
Наивность формы, смешенье красок, неровность линий.
Глаза поднимешь к сырому небу: «Теперь мы квиты»…
До первых ливней, мой брат художник, до первых ливней. 

Едва просохнет — на ту же площадь, опять за дело.
Толпы безликой слепая злоба тебе не внове.
Ты безупречен, ты совершенство, ты будешь в белом…
До первой крови, мой брат повстанец, до первой крови.

Когда примеришь одежды цвета эритроцитов,
Пропьет приятель тридцатый проклятый свой сестерций.
Глаза поднимешь к сырому небу: «Теперь мы квиты?»
До первой смерти, мой брат мессия, до первой смерти.